Десять обзоров новинок ИД «Городец» от Владислава Толстова

Читатель Толстов
Обзоры литературных новинок от Владислава Толстова июнь-июль
Владислав Толстов - фантастически эрудированный и плодовитый рецензент, чьи регулярные обзоры новых книг постоянно выходят на сайте БайкалИнформ.

Рецензии Толстова отличаются тонким чувством юмора и неподражаемым авторским слогом.

За последние несколько месяцев Толстов прочитал и написал о десяти наших книгах.

Мы собрали все эти рецензии в одном месте и предлагаем вам прочитать их.

Андрей Кагадеев «НОМ. Хроники драматического идиотизма»
Сергей Гребнев «Дальше некуда»
Степан Гаврилов «Рожденный проворным»
Егор Фетисов «Пустота Волопаса»
Терез Буман «Другая»
Роберт Золя Кристенсен «Воздушные шарики запрещены»
Фруде Гранхус «Шторм»
Лотте и Серен Хаммер «Все имеет свою цену»
Михаил Однобибл «Очередь»
Елена Хаецкая «Прозаические лэ»
Читатель Толстов: выпуск 507
Андрей Кагадеев «НОМ. Хроники драматического идиотизма»

История ленинградской рок-группы «НОМ», не самой известной из позднесоветских групп, но в начале 90-х, когда выходила «Программа А» с Артемием Троицким, вся страна на какое-то время в них влюбилась. «НОМ», конечно, не столько музыканты, сколько изумительные шоумены, сатирики и художники-концептуалисты. Андрей Кагадеев, который вместе с младшим братом Сергеем и основал группу, постоянно об этом говорит. «НОМ» сделали творческим кредо выстебывание и троллинг советского абсурда – сегодня это вряд ли актуально, но в 90-е это выглядело сильно, «идиотизация драматических явлений советской жизни и драматизация идиотических», как пишет сам Кагадеев. Тогда, на излете советской власти, этим много кто занимался, но, пожалуй, только «НОМ» остались самыми последовательными и изобретательными, а сама группа со временем превратилась, в полном соответствии с названием, в неформальное объединение творческой молодежи. Книга Андрея Кагадеева в какой-то степени идеальная, образцовая биография рок-группы, где находится место и хронике событий, и беспристрастному анализу, и подробному объяснению приемов, методов и влияний. Отлично, что теперь и у поклонников «НОМ» есть своя книга.
Читатель Толстов: выпуск 510
Сергей Гребнев «Дальше некуда»

Еще одна новинка из серии «Книжная полка Вадима Левенталя». В серии уже выходила книга Сергея Гребнева, более известного как Сид – «Бестиарий», в котором Сид рассказывал свою политическую биографию, как он попал в ряды лимоновской НБП (организация признана экстремистской в РФ - прим. ред). Помнится, мне тогда книга не особенно понравилась, а «Дальше некуда» лучще, она и написана иначе, и по жанру представляет что-то вроде дневника поездки нацболов в Алтайский край в 2003 году, это когда Лимонова повязала ФСБ и упекла по обвинению в попытке ввезти оружие и поднять восстанние. Сид пишет не только хронику событий, но и делится наблюдениями, рассуждениями, всякими бытовыми сценками. Вот про сенатора Нарусову, например: «Маму Собчак я видел в девяносто девятом году. Мы тогда пикетировали Аничков дворец, у них, у демократов с либералами, какое-то сборище там было, чему-то посвященное. Дате какой-то. Может, даже девяносто первому году посвященное. Увидев мамулю, мы заскандировали, и она, маленькая женщина в светлом плаще, увидев наши флаги, засмеялась и стала слать нам воздушные поцелуи. Мы стали театрально плеваться. Это развеселило ее еще больше».
Степан Гаврилов «Рожденный проворным»

Тоже новинка из серии «Книжная полка Вадима Левенталя» (кстати, 17-я по счету в импринте с начала этого года). Три друга решают устроить в уральском лесу рейв под открытым небом. Приезжают, раскладывают аппаратуру и тут выясняется, что генератор, который должен питать всю эту машинерию, не работает, куда-то задевался бензонасос. Придется им отправиться на поиски бензонасоса, а потом, когда найдут бензонасос, еще потребуется особый ключ. И все эти путешествия напоминают сюжет каких-то сказок, когда герою нужно найти важный магический артефакт, попутно перехитрив Бабу-Ягу или одолев Змея-Горыныча. Сказочные злодеи тут также присутствуют, еще и набредут на секту солнцепоклонников, которые устраивают свои радения, обрядившись в желтые балахоны, сшитые на военном челябинском заводе. «Рожденный проворным» - это путешествие и одновременно наркотический трип, бодрая и местами уморительно смешная история, рассказанная с таким стилистическим щегольством. Степан Гаврилов обратил на себя внимание в прошлом году, когда вышла его дебютная книга «Опыты бесприютного неба» - история парня, переехавшего в Петербург из маленького уральского городка и пытающегося найти себя под чужим питерским небом, это было не очень интересно, потому что предсказуемо. «Рожденный проворным» - сразу видно, чем отличается: автор пишет о том, что ему действительно интересно – рейв, путешествия, загадки, всякая мистика. Модная сейчас фишка в литературе и сериалах – когда герои отправляются искать истину в заколдованный лес. Даже если это не истина, а четырехгранный ключ от бензонасоса.
Читатель Толстов: выпуск 512
Егор Фетисов «Пустота Волопаса»

Хороший роман. Это такая городская проза о жизни обычных горожан, более того – социально близких, например, мне, представителей творческой интеллигенции. Антон Македонов, тридцатилетний то ли писатель, то ли переводчик, живет с Варей, она рисует картинки к детским книжкам. Живут они не то чтобы в любви, но как-то терпят друг друга, хотя Варя и сильнее, и успешнее, и вообще Антон ее побаивается. К тому же Варя не особо ценит богатый внутренний мир Македонова и предлагает писать что-нибудь более близкое к реальной жизни – например, книгу об эпидемии СПИДа в Питере. А у Македонова есть друг и бывший однокурсник Аркасов, который когда-то отправился в Норвегию, устроился на китобойное судно, и вот он приезжает в гости к Македонову и Варе, и возникает любовный треугольник. Точнее, он не сразу возникает, и в чем несомненное достоинство романа Егора Фетисова – как тонко и бережно у него прописаны все психологические нюансы: сомнение, недоверие, вот эта тоска по какой-то несбывшейся жизни, и боязнь потерять свой неяркий, мещанский, серенький, но такой привычный уклад и уют. Македонов еще все время домысливает какие-то возможные варианты развития событий, придумывает писателя Ветова, который пишет книгу – и эти медленные, тягучие, какие-то неизбывно питерские детали, события, мысли наслаиваются, создавая причудливый мир, одновременно печальный и прекрасный. Тонкая, прочувствованная проза, похожая сразу на многих питерских авторов – и на «Мальчика» Олега Стрижака, и на поздние романы Андрея Битова, и на Александра Мелихова. Можно сказать, что это такой «роман поколения» тех, кто взрослел в 90-е.
Читатель Толстов: выпуск 514
Терез Буман «Другая»

Я уже писал, что в издательстве «Городец» запустили новую книжную серию – называется она «Скандинавская линия», в ней издаются произведения современных скандинавских авторов, а курирует серию Елена Дорофеева, одна из самых главных специалистов по современной литературе Северной Европы. Соответственно, в серии выходят книги авторов, которые прежде не были известны российскому читателю. «Другая» шведской писательницы Терез Буман – история любви. Главная героиня работает в госпитале маленького города Норчеппинг, живет в съемной квартире, где у нее даже нет занавесок, вместо них она закрывает окна бумагой для выпекания. В госпитале она работает в пищеблоке – моет, чистит, раскладывает еду, и совершенно точно знает, что не хочет заниматься этим всю жизнь. Она считает себя писательницей, она мечтает поступить на курсы углубленного литературоведения. А он – главный врач госпиталя, человек весьма состоятельный, успешный, но вот бывает такое, когда между двумя людьми промелькнет искра, и их жизнь больше не будет прежней. «Мы с вами из разных социальных пластов», говорила Раиса Захаровна из известного фильма, и тут именно такая ситуация, мезальянс, невозможность любых контактов, что уж говорить о романе, любовной связи. Маленький город, главный врач – человек у всех на виду, к тому же он женат, а тут какая-то посудомойка… Вроде бы обычна история, но читаешь и понимаешь, что именно через такие заурядные сюжеты лучше всего можно передать любовную магию. Отличная книга, вот что я скажу.
Роберт Золя Кристенсен «Воздушные шарики запрещены»

Еще одна новинка из серии «Скандинавская линия» (у них сразу несколько новых книг вышло, постепенно буду о них писать), и опять история любви. Сорокалетний преподаватель университета, обремененный семьей, детьми, ипотекой заводит интрижку со своей студенткой – русской, что примечательно, Ольгой из Петербурга, она попросила его стать куратором ее научной работы о философе Кьеркегоре, но одной философией дело не ограничилось. Преподаватель сам рассказывает эту историю, у Ольги обнаруживается молодой человек, который тоже учится в университете, а сам преподаватель бесконечно рефлексирует на тему «правильно ли я поступаю», и больше всего боится, что об их связи станет известно в университете, а там с этим строго. Кристенсен описывает заурядную историю встречи мужчины и женщины, где оба понимают, что ничего хорошего из их романа не выйдет, оба переживают, совершают странные поступки, а главный герой и вовсе в финале заберется на крышу дома и пописает сверху на собравшихся гостей. Такой вот гимн кризису среднего возраста со всеми причудливыми его проявлениями – когда главному герою непонятно чего не хватает: то ли опасности в его размеренном повседневном существовании, то ли вдохновения, то ли действительно, хочется получить какой-то неведомый воздушный шарик,но воздушные шарики, как гласит табличка, запрещены (там в книге еще оформление оригинальное – каждая глава предваряется табличкой «Вход запрещен», «Молельня», «Дефибрилляторы», такой дополнительный смысловой слой, интересно).
Читатель Толстов: выпуск 516
Фруде Гранхус «Шторм»

«Продолжаю знакомить с отличной книжной серией «Скандинавская линия», где выходят самые интересные новинки современной скандинавской прозы. Фроде Гранхус за роман «Шторм» стал лауреатом премии норвежских книготорговцев, в Норвегии эта книга стала бестселлером. Во время шторма волны разбивают горную гряду, и под оползнем обнаруживаются человеческие кости. Инспектора полиции Рини Карлсена отправляют проверить, что это за кости – вдруг это какой-то очень древний житель местных краев. Он изучает кости и понимает, что скелет принадлежит ребенку, а кости пальцев у него переломаны. И скорее всего это не древний житель, а жертва вполне современного злодейства. И заплетается такой чудный нуаровский сюжет с обязательной фирменной скандинавской смурью. Полицейским, которые ведут расследование, этот несчастный скелет сто лет не нужен, у них своих проблем хватает. И они разгребают эти проблемы, а попутно обнаруживают кое-какие полезные факты. «Шторм» - это не столько жанровая книга, сколько хорошая – мрачная, депрессивная, но не лишенная своеобразного юмора и обаяния – психологическая проза.
Читатель Толстов: выпуск 519
Лотте и Серен Хаммер «Все имеет свою цену»

Продолжаю знакомить вас с новинками книжной серии «Скандинавская линия», где издаются самые горячие, интересные, актуальные и важные книги скандинавских писателей – и, кстати, в этом обзоре будет несколько книг скандинавских авторов, так совпало (или не совпало: мне кажется, скандинавская проза сейчас в тренде, ее разные издательства выпускают). «Все имеет свою цену» - полицейский триллер брата и сестры Серена и Лотте Хаммеров. У них есть целый цикл полицейских романов с главным героем Конрадом Симонсеном. На этот раз его призывают расследовать гибель девушки, чье замерзшее тело случайно (во время международного саммита, при облете с вертолета) обнаружили в Гренландии. Симонсен – это такой датский Харри Холе, полицейский божьей милостью, но в земной жизни у него сплошные проблемы и неудачи. Он выясняет, что погибшая была сотрудницей поста обнаружения ракет, о ее исчезновении заявили почти 40 лет назад, соответственно, ее сослуживцев и потенциальных подозреваемых разыскать будет непросто. Хороший процедурал, показывающий работу датской полиции изнутри – особенно на примере такого дела, где преступление совершено очень давно, как его расследовать, как проводить экспертизы, как отрабатывать разные версии. Разочарованы не будете: как всегда в подобных произведениях, главное – не преступник, а сыщик, обладающий чутьем охотничьей собаки, идущей по следу хищника.
Читатель Толстов: выпуск 520
Михаил Однобибл «Очередь»

Переиздали Однобибла. Это очень мрачный, странный, запутанный роман, читать его временами физически тяжело. При этом «Очередь» - один из самых лучших, на мой взгляд, текстов в русской прозе за последние лет 10. И судьба у книги невеселая: вышел один тираж в 2015 году, тогда же книгу номинировали на «Нацбест», она дошла до финала, до короткого списка. А во время финала ей не хватило одного голоса, чтобы победить. Я тогда сидел в зале, видел, как Однобибл, в черных очках, когда его книга не выиграла, молча встал и вышел. И больше, как я понимаю, ничего уже не писал. Живет в Сочи, работает синоптиком в заповеднике, почти все время живет в лесу. В молодости воевал в Афганистане. И остался в истории литературы с единственным – близким к гениальности – романом. «Очередь» - это такая антиутопия. Гипнотизирующий, затягивающий текст. В некий городок приезжает главный герой и обнаруживает, что все жители городка стоят в бесконечной очереди, проводят в этом состоянии всю жизнь, и не считают происходящее с ними чем-то ненормальным. «Очередь» сразу же назвали «кафкианским романом, написанным языком Платонова». Как круто, что ее сейчас переиздали. Роман Однобибла жесткий, сложный, многосмысловой, но, несомненно, заслуживающий внимания читателей.
Елена Хаецкая «Прозаические лэ»

Чертовки неудачное название. Я вот читатель с многолетним стажем, но не знаю, что такое лэ, пришлось лезть в Википедию. Лэ, также ле — обозначение ряда стихотворных жанров средневековой французской куртуазной литературы, а также жанра светской — преимущественно одноголосной — музыки. Термин «лэ» мог применяться как к лирическим, так и к повествовательным произведениям. Но если бы я увидел на полке книгу с названием «Прозаические лэ», я бы прошел мимо, название неинтересное. А вот книга отменная. Это такие стилизации средневековых сюжетов, написанные с исключительным изяществом, выдумкой и остроумием. Как на званый пир приходит девушка и просит принять ее на должность виночерпия, тут врывается великан, похищает ее, а рыцарь сэр Гавейн не успевает ничего сделать, и теперь его считают трусом, а ему нужно найти великана и освободить девушку, а ему страсть как не хочется ее спасать, потому что он чует, что с девушкой этой проблем у него будет выше крыши… И так далее, обыгрываются сюжеты, персонажи, архетипические ситуации из рыцарской прозы, причем сделано это, еще раз повторю, с выдумкой и отличным чувством юмора. Сейчас такая тенденция пошла на переосмысление классических сюжетов, то сказки Шарля Перро напишут в феминистском ключе, то набоковскую «Лолиту» переделают в исповедь самой Лолиты. «Прозаические лэ» - отличная книга, очень ее рекомендую.